Get Adobe Flash player
Новости
Новости

Новости ТЮЗа им.Н.Сац

Рубрики
Поделиться
Облако тегов
Новости
Новости

Новости Министерства культуры и спорта Казахстана

Электронные государственные услуги

"Программа по обеспечению результативной работой и всеобщая поддержка предпринимательства"

Нас считают
Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика
«Фэйсбук»
«Фэйсбук»
«Одноклассники»
«Одноклассники»
Белоснежка-ТЮЗ
Белоснежка-ТЮЗ
instagram
instagram
«Мой мир»
«Мой мир»
«Твиттер»
«Твиттер»
«В контакте»
«В контакте»
«Youtube»
«Youtube»

Султан Усманов:  «Театр предавать нельзя…” (Журнал «Театр.kz». Февраль 2016 г.)

sultan2Наше интервью – с режиссером  Государственного академического русского театра для детей и юношества Казахстан им. Н.Сац, засл. артистом Таджикистана  С. А. Усмановым.

В театре Султан Алимжанович  работает уже шесть лет, и каждый его спектакль имеет у зрителей  большой успех. Перечислить  все поставленные им спектакли просто невозможно. «Неугомонный дух» и «Бременские музыканты», «Ромео и Джульетта» и «Пять жен Ходжи Насреддина», «Игра» и «Алые паруса»… А еще «Кошкин дом», «Снежная королева», «Волшебная флейта»…

— Султан Алимжанович, что такое театр в вашем представлении?

— Есть  классическое определение,  и оно безошибочно. Театр – это зеркало. Комедии, фарс, шутки, юмор   я бы назвал увеличительным  зеркалом.

— Сегодня много говорят и пишут, что театр сдает свои позиции. Помню,  много лет назад, когда  я была еще студенткой, к нам в Алма-Ату приезжали «Современник», БДТ…  Какой бум был в городе, с шести часов утра  мы занимали очередь  в кассу за билетами. Что произошло с театрами сегодня?

"Неугомонный дух".

«Неугомонный дух».

— Многие люди, которые когда-то служили театру – в прямом смысле этого слова — ушли. Появилось  новое поколение. Служит  оно театру, его идее? Думаю, нет. Произошло некое предательство, что ли. Я тоже помню 80-е годы, когда в Москве бегаешь из театра в театр и каждый спектакль – событие. Сегодня поменялся мир, поменялись люди, многое повернулось на Запад. В том числе и театр. Я вот смотрю, например,  экспериментальные спектакли, которые ставятся в России  – что в опере, что в драме — это же жуть! Но при этом на экране —  сплошные «звезды»… А посмотришь внимательно  на пару работ такой  звезды – где же она? А раньше действительно было звезды, хотя они так себя стеснялись называть. Вспоминаю Анатолия Папанова, например. . . Ярчайшие у этого актера  были роли! И личность это была  мощная. Были люди,  на которых держался театр.

— Мой любимый писатель и драматург Александр  Володин написал: «От театра мы ждем незабываемых впечатлений, которые составят кусок нашей жизни. Театр – это трубить во все трубы души». Вы согласны с этим?

"Дюймовочка"

«Дюймовочка»

— Абсолютно согласен. Ведь настоящий театр, когда ты с ним соприкасаешься, меняет твою жизнь. Только, повторюсь, если это настоящий театр,  а не просто развлекаловка. Я помню, как в Душамбе  ставил «Калигулу»  Альбера Камю. Мы долго  работали над этим спектаклем. Продолжали работать даже тогда,  когда уже  сдали спектакль.  Как ни странно, мне казалось, что аплодисментов в конце спектакля не должно было быть. Мы должны были зрителей «перевернуть», они должны были почувствовать, что аплодировать неудобно.  Я все время ждал, когда это случится. Если после спектакля наступит тишина,  значит,  спектакль состоялся. И  это случилось! Спектакль закончился. Актеры выходят на поклон, а  зрители молча стоят. Значит, случилось  то, что мы называем Театральным Событием… А если говорить о спектаклях, которые я смотрел… «Леди Макбет Мценского уезда» с Наталией Гундаревой в театре Маяковского.  Это была такая сильная шокотерапия. Или «Банкрот» («Свои люди сочтемся»)  Островского. Другая культура, совсем другая  глубина! Я много могу назвать таких спектаклей.  На Таганке шел спектакль «Серсо». Две-три недели я ходил под впечатлением. «А зори здесь тихие» — этот  спектакль тоже на меня произвел мощнейшее впечатление.

"Теремок"

«Теремок»

— Кто вы  по натуре — пессимист или оптимист?

— Я- оптимист, по натуре борец.

— А в приметы вы верите?

— Нет, не верю.

Но говорят же, что все актеры верят в приметы. Упала пьеса на пол, надо обязательно на нее сесть.

— Когда пьеса у меня падает, я то же самое делаю, не думая. Так положено.

— Старый ТЮЗ сгорел, а там, говорят, витали духи…  А в нынешнем ТЮЗе, хотя он по сравнению со старым ТЮЗом молод,  витают духи?

— Я иногда вечером, когда уже все ушли, приду на сцену – что-то проверить,  изменить в декорациях, и слышу  какие-то шорохи, непонятные звуки.  Театр – это очень необычное, загадочное место. Считаю, что даже когда во время спектакля что-то  происходит:  лопнул прожектор, например, то это  не бывает  случайным. Может, дух какого-то актера недоволен игрой,  например, духа своего партнера и дает о себе знать…

— Актер  Владимир Рецептер как-то написал  стихотворение:

Десятиклассники
Знать не желают классики.
Директор собирает педсовет:
Вот эти девочки предпочитают «дансинги»,
Вот мальчиков влечет велосипед.
Им наплевать,
Что жил когда-то в древности
Английский драматург Вильям Шекспир…

"Белое облако Чингисхана"

«Белое облако Чингисхана»

Актуально?

—  Слишком актуально! Ведь у  нас в одночасье  сломали великую страну, в которой была Идея. Раньше дети читали.  Я до сих пор  помню своего педагога по литературе. А  сегодня  в школах, по-моему, дети не читают, и родители не читают. Ведь чтобы ребенок начал читать, надо, чтобы какой-то взрослый подвел его к этому.

— Тем не менее, вопреки всему, вы поставили на сцене ТЮЗа «Ромео и Джульетту». Причем не модернизированную современную версию, как лермонтовцы, например,  классическую.  

— Пусть дети посмотрят хотя бы спектакль – «Ромео и Джульетта». Узнают, что был такой драматург – Уильям  Шекспир. А посмотрев «Инкогнито из Петербурга», узнают, что  был Гоголь. И про  Шарля Перро узнают,  посмотрев «Золушку».

— Я обратила внимание:  в ТЮЗ на «Ромео и Джульетту» ребята, особенно девочки, приходят нарядные – ну сплошь Джульетты, со спектакля идут восторженные…

IMG_8577w

«Ромео и Джульетта»

— У меня был один сосед, который говорил: «Да что вы делаете в своем театре? Балуетесь и вам еще за это платят деньги. Театры надо все закрыть:  нечего государственные деньги тратить!» Я с ним не спорил, но в театр позвал:  еле-еле затащил.  Он нехотя пришел,  и теперь у него о театре совсем другое мнение. Появилась некая терпимость. Если наш спектакль «Ромео и Джульетта» молодежь смотрит, значит, он ее чем-то задевает. Иначе подростки  бы не смотрели его, шумели, отвлекались, комментировали текст, мешали актерам работать. Есть что-то, что их держит. Я рад этому.

— На протяжении десятилетий ТЮЗ играл огромную роль в жизни подрастающего поколения. Дети шли в театр. Но тогда ведь и идти было особо некуда. А сейчас кино, телевизор, компьютер, смартфон… Ослабли сегодня у театра позиции как у воспитателя нравственности?

— Я бы не сказал, что ослабли. Многое зависит от самого театра. Чем он занимается?  И честно ли занимается? Самое главное в жизни человека — это общение. Я считаю, что кино,  телевизор, компьютер и так далее – это вспомогательные средства общения. А главное – театр!  В театре можно эмоционально переживать, плакать, смеяться…

— Мы знаем, что сегодня толстые литературные журналы народ читает плохо. По телевизору  недавно услышала, что толстые журналы читаешь лишь тонкая интеллектуальная прослойка людей.  Можем мы такое же сказать о театре?

"Убей меня, голубчик".

«Убей меня, голубчик».

—  Я бы так не сказал. В театр сегодня ходит самая разнородная публика. Есть, конечно, истинные театралы, но они штучные. Часто человек приходит к нам случайно, а потом попадает под обаяние сцены. И начинает к нам ходить целенаправленно. С детишками в этом плане легче. Если их водить в театр с детства, они к нему  привыкают, получают, так сказать, театральную прививку. Думаю, эти дети, наши постоянные зрители, будут ходить в театр и дальше.  Я когда приезжаю к себе домой в Душамбе, то вижу, что там жуткая ситуация со зрителем, а  здесь, в Алматы, по воскресеньям  полные залы набираются. Очередь в кассу стоит! И это просто замечательно! И никто людей специально не организовывает. Дети, видимо, родителей теребят. Это о многом говорит.  И на Камерную сцену зрители ходят. На «Пять жен Ходжи Насреддина», например,  хотя мы этот спектакль  уже давно поставили.

— А как вы относитесь к чисто развлекательным спектаклям, на которые публика ходит развлечься, посмеяться, отдохнуть? Ведь так проще собрать зрителей и заработать театру деньги?

— Если серьезные спектакли  публика прекращает посещать, думаю, дело не в самом театре, как таковом, а в его служителях. На мой взгляд,  нельзя предавать театр, разрушать его только для того, чтобы развеселить зрителя. Да, есть классические комедии ситуаций, но они добротные. Многие же современные пьесы — на потребу публики. Я такими делами никогда не занимался. Мое нутро это не воспринимает.  Я лучше возьму серьезную комедию. Пусть народ смеется, но пусть после спектакля в душе у него  что-то останется.

— Мне тоже неинтересны чисто развлекательные спектакли. Но с другой стороны,  время от времени заходят разговоры о том, что все театры надо перевести на самофинансирование. А если театр  будет думать только о том, как выжить, то, он, конечно начнет только развлекать публику.

— На мой взгляд,  государство обязательно должно вкладывать деньги в театр. Если, конечно, оно хочет, чтобы  мы через некоторое время имели в нашем обществе  нормальных людей:  мыслящих, думающих, честных.  Да, театр, не дает больших денег в данный момент, но в будущем он вырастит  настоящих граждан. А это очень важно.

"Игра"

«Игра»

— Время сегодня не располагает к духовности…

— Да, мир стал более материальным. Не знаю, возможно, у меня голова неправильная, но мне этот мир не интересен. Мне интересен мир Духа. К сожалению, сегодня уже в детских садиках дети мечтают стать банкирами,  таможенниками. Модная профессия – менеджер. Молодежь   четко знает, где можно заработать,  и при этом не задумывается  о душе. Но бренное тело в конце предается земле, а душа остается:  ее надо развивать, ею заниматься.

— Получается, театр сегодня работает вопреки  времени?

— Да, он идет против течения, но только если это Театр. И  если ты предал театр, наступает его смерть. В Душамбе у нас был очень сильный театр русской драмы — просто с отборным репертуаром. И народ в него шел. Я там 12 лет работал главным режиссером. Потом, к сожалению, он  потерял Душу.

—  К нам ТЮЗ приходит молодежь. Вы чувствуете разницу между собой и этим племенем – молодым, незнакомым?

— Огромная разница. Я часто думаю на эту тему. По-моему, здесь  дело и  в театральных вузах. Может, это кого-то заденет, но у меня такое ощущение, что не те люди сегодня  там преподают. Там вообще сегодня  нет школы. Человек пять лет отучился  и не  владеет театральным ремеслом. Я не только об алматинских вузах  говорю, но и о российских ведущих вузах тоже. Человек сегодня  приходит, платит деньги,  и ему дают диплом. Но он неталантлив. А где-то в глубинке живет человек, талантливый от Бога, но у него для учебы в том же ГИТИСе, например, нет денег. В советское время денег студенты не платили, они получали стипендию, зато были огромные конкурсы в творческие вузы. Если ты туда попал, значит, ты Богом избранный человек.

—  А если говорить о психологии нынешней молодежи?

—  Появилось новое слово – звездность. Все хотят стать звездами. Равняются на американских актеров. Всем хочется пройти по красной дорожке…

—  Раньше не было такого?

— Думаю, нет. В прошлом в актеры, режиссеры шли люди, которые жить без этого не могли.  И не надо им было никаких наград!

— Вы себя ощущаете наставником молодых?

— Я об этом не думаю, но мне в силу профессии приходится этим заниматься. Если  вижу, что человек, который пришел в театр что-то недопонимает, но у него есть желание стать артистом, все, что могу, я делаю.

— Султан Алимжанович, а как вы сами попали в театр?

— Все началось со школьного драмкружка. Сначала я был зрителем, сидел в зале и думал: а вот этот кусочек я бы сделал по-другому. Потом стал ходить в драмкружок, устроил там революцию. Но я тогда хотел работать в кино. Окончил школу и побежал в киностудию.  Год проработал  там помощником режиссера. Потом поехал поступать во ВГИК на кинорежиссера. Но мой пыл остудили. «Восемнадцатилетних мальчиков туда не берут, — сказали. — Тебе для начала надо окончить какой-нибудь вуз». Я поступил  в Душамбе в  театральный институт  на актерское отделение. Повезло. Педагогом у меня был Борис Владимирович  Бибиков – один их учеников Станиславского.  Он раньше преподавал в ГИТИСе, а последние годы жил в Душамбе и преподавал у нас. Это человек, который жил с Михаилом Чеховым в одной квартире. Я учился на актерском факультете, параллельно работал на киностудии и потихонечку театр меня перетянул. Я поехал  и поступил в ГИТИС. Кино ушло на второй план.

— А если говорить о нашем ТЮЗе…

—  Мы – театр – избалованный вниманием зрителей. Думаю, это замечательно. Надеюсь, и мои  годы здесь прошли не зря.  Есть люди, и их много, которые к нам приходят. Хотят нас видеть.

— А что вы думаете об Алматы?

— К Алматы я привык. Это мой родной город. Здесь часть моей души. Здесь у меня другая энергетика, хочется что-то делать…  Новогодние праздники проводил дома, в Душамбе, Расслабился, отлеживался. Делать было нечего.  Смотрел дурацкие фильмы по телевизору… Устал… Нет, думаю, надо собирать вещички и ехать в Алматы … Вернулся —  все в порядке. Энергии много появилось… Теперь я уже в Душамбе  бываю, как в гостях.

— Расскажите о своей семье.

— Семья у меня такая маленькая, нетипичная для Востока. Супруга  и единственный сын. На сегодня сын – мой  коллега. Недавно поставил оперу в Душамбинском театре оперы и балета. Хотя  дома иметь коллегу тяжело: все разговоры вокруг театра, вокруг какой-то идеи. Устаешь от этого. А больше всего, наверное, устает жена.  Она по образованию педагог дошкольных учреждений. Сейчас занимается с детьми итальянцев, которые живут  в Душамбе.

— Если бы вы не были режиссером, кем бы вы стали?

—  Хирургом. У меня  всегда было стремление к хирургии. Хотелось спасать людей. Кстати, хирургия близка к театру. И там, и там — лечение. Только у нас моральное, а в медицине  – физическое.

— Над  чем вы  сейчас работаете? Какими спектаклями  в ближайшее время порадуете зрителей?

—  Ставлю пьесу Джона Пристли «Скандальное происшествие в Брикмилле».

— Почему именно на этой пьесе вы остановились?

—  Режиссера всегда волнует – выстрелит данная  тема или не выстрелит? Я все время  себе вопрос задаю:  ситуация, которая описана в пьесе, у меня возникала? Да. Очень часто. У каждого, наверное, возникает в жизни момент, когда хочется все перевернуть, все сделать по-другому.  Хотя на то, чтобы в корне изменить всю свою жизнь, редко кто решается… А если взглянуть поглубже… Ради чего рождается человек, ради чего он живет? Не надо бояться чужих мнений. Надо жить, как хочется именно тебе. Об этом будет спектакль.

— А  кого вы выбрали на главные роли?

— Я остановился на главном герое – актере Юрии Гнусареве.  Героиня у нас будет актриса  Мария  Коваленко. Я других актрис здесь не вижу.

— А почему вы решили ставить  «Золушку»?

— На мой взгляд, эта вещь, которая всех касается. Любой мальчик – это принц. Любая девочка – принцесса. Некая схема, о которой никуда не денешься. А потом, что интересно,  была  бездна  вариантов спектаклей на эту тему  – в разных странах ставили, осовременивали. Но мы остановились на классическом варианте.

— А кто у нас будет  Золушка?

— Кристина Золочевская. Золушка – это музыка, танцы, бал – то, что хорошо получается у Кристины. Это героиня,  которая буквально  порхает на сцене… Принцем  будет Максат Сахи-улы, а Никита Коньшин будет Советником – есть  такая отрицательная роль в пьесе, хотя Никита у нас в театре  – традиционный принц, так сказать.

А теперь небольшая экспресс-анкета.

— Ваша любимая страна.

— СССР.

— Любимая музыка.

— Моцарт.

— Главные качества в человеке.

— Честь и достоинство.

— Идеальная женщина.

— Моя мама.

— Что  вам нравится в самом себе?

— Ничего не нравится.

— Любимое занятие на досуге.

— Слушать музыку.

— Любимое животное.

— Собака.

— Любимый  напиток.

— Пиво.

— Лучшее признание, которое вы слышали.

— Огромное вам спасибо за спектакль.

— В каком веке вы хотели бы жить?

— В ХХ-м, в советское время.

— Спасет ли мир красота?

— Вряд ли. Скорее спасет Душа. А красоту саму  надо спасать.

— Спасибо за интересное интервью, Султан Алимжанович! С нетерпением ждем премьеры.

Интервью брала Людмила Мананникова.

Журнал «Театр.kz»  Февраль 2016 г.

2 комментария: Султан Усманов:  «Театр предавать нельзя…” (Журнал «Театр.kz». Февраль 2016 г.)

  • Браво Султон Усмонов!!! Я вас обожаю!

  • Великолепное интервью…..
    прекрасный портрет прекрасного творческого человека, нарисованный неравнодушным журналистом.

Добавить комментарий